Все будет: или хорошо, или плохо... (olegivanov1966) wrote,
Все будет: или хорошо, или плохо...
olegivanov1966

Category:

Обыкновенный Солдат (рассказ)

Давно минул очередной День Победы. Утихли ежегодные бурления и страсти, на полку отправились старые фотографии, и благополучно подзабыл о ветеранах до следующего года. Наверное, самое время и написать пару слов. Для начала предупреждаю, будет очень длинное, бессвязное, нудное, и, наверное, абсолютно не нужное вступление, которое я пишу для себя, и которое можно пропустить.

Пролог:

Смотря с высоты прошедших лет, я вынужден признать, с детства у меня был замылен глаз. Дело в том, что мне повезло, и я рос при двух дедушках и бабушке ветеранах. Конечно, в семье были и другие ветераны, например мужья дедовых сестёр, братья и сёстры бабушек, и т.д., но их я видел редко. А когда и видел, то по малолетству ни о чём никогда не расспрашивал. Да и зачем? Если уж очень припекало что-либо разузнать про Войну, то запросто можно было "дёрнуть" одного из дедов. Правда, рассказов деда по отцу я помню совсем мало, он умер когда я был младшеклассником, и всё же, кое-что застряло в памяти.

Так вот, поразмыслив, я понял одну штуку. Оказывается, я воспринимал историю Войны именно через их биографии, а они во многом были схожи. Оба, младший комсостав, оба на фронте с лета 1941-го. Дед по отцу - артиллерист, дослужился до майора, вот только точную последнюю должность не знаю. Вроде что-то на уровне замкомандира артдивизиона. Дед по матери - сапёр. Ванька-взводный. Наконец, уже во время Войны с Японией дорос до командира отдельного лёгкого переправочного парка (это примерно как комбат). Дослужился до капитана. Так что и по званиям и должностям были деды мои почти одинаковы.

Да что по должностям, у них и количество ранений совпадало, у каждого по одному тяжёлому и по два лёгких. А если и этого мало, даже награды у них были практически один в один. У каждого по 2 Ордена Отечественной Войны I степени, Орден Отечественной Войны II степени, по Красной Звезде, и по медали За Боевые Заслуги. Правда, у деда по отцу была ещё медаль За Отвагу, зато у деда по матери была медаль За Победу над Японией. Ну и по пригоршне тех что давали всем участникам определённой операции, типа За Оборону Кавказа, За Взятие Берлина, За Оборону Москвы, и т.д.

Глядя на них, в сопливом детстве, я был в полном расстройстве. Хотелось слышать про великие свершения и подвиги, а они детали своих биографий, наверняка щадя мои нервы, учитывая мой щенячий возраст, раскрывали весьма скупо. Нет, на роли героев дедушки решительно не годились. Зато контраст, то бишь подвиги показываемые актёрами в кино, впечатляли изрядно. Более того, на фоне фотографий генералов и маршалов в парадных мундирах из военных книг, коих у нас дома была немало, награды дедов выглядели более чем скромно. Да и выглядели деды совсем не так как богатыри в фильмах и книгах, а как самые что ни на есть ординарные, тусклые, малоинтересные личности. С Кожедубами, Маресьевыми, Коневыми, да Малиновскими, ну никак не сравнить.

Наверное, поэтому, к своему нынешнему стыду, я их биографии воспринимал за некий стандарт. Когда я подрос, то умом я, конечно, понимал, что судьбы у всех ветеранов разные, но вот осознания, как ни удивительно, не было. Вот как-то не доходило, что кто-то вполне мог не попасть на Войну в 1941-м, не быть раненным, не служить офицером, не получить наград, вообще не вернуться домой, и даже совсем не попасть на фронт.

Постепенно, с годами, появилось чуть больше мозгов, и я начал расспрашивать деда о деталях. Потом начал и записывать, иногда оформляя в виде рассказов. Совсем недавно жизнь взяла своё и расспрашивать стало некого. Наверное, когда его не стало, я и осознал, что биографии моих дедов наверно не такие уже и стандартные и ординарные.

Перед последним Днём Победы, я вдруг понял такую штуку. За столько лет, я ни разу не пообщался с "обыкновенным" ветераном. Тем самым - простым солдатом. Конечно взводный, ротный, и даже комбат, тоже не велики шишки, но всё же их было много меньше чем солдат, на чьих горбах и безымянных могилах и ковалась та самая Победа. Наверное, взгляд солдата на Войну должен быть весьма другим, подумал я. Мне стало интересно, а какой он?

Тут мне повезло. В моей семье, в США, остался последний ветеран, отец моего дяди. На прошедшее 9-ое Мая, я к нему специально заехал и мы пообщались.
- Если ты ищешь подвигов и героизма, вынужден тебя разочаровать - сразу честно предупредил он меня.

Разговаривали мы пару часов. Вот, наконец, я решил изложить его повесть на бумаге. Будет, как обычно, очень длинно.

"Обыкновенный Солдат"

Эпиграф: "Мне хочется верить, что скромная наша работа, даёт вам возможность беспошлинно видеть восход" (В.С. Высоцкий).

Если кому интересно, первая часть истории тут

В марте 1942-ого маму и меня эвакуировали по Дороге Жизни из Ленинграда. С горем пополам, через месяц-полтора мы добрались до Самарканда и там осели. В школу я больше не пошёл, ведь когда мы приехали на место, уже был конец учебного года. Удалось взамень устроиться на подготовительные курсы для поступления в сельхозтехникум. Всё таки уже 16 лет, на маминой шее сидеть стыдно. А самое главное тут свои карточки, а это хлеб. Что такое пайка хлеба после той блокадной зимы я на всю жизнь запомнил.

За лето я подучился, экзамены сдал и поступил. Даже семестр первый отучился. Но военкоматы работали чётко, в конце декабря мне исполнилось 17, а уже на следующий день мне повестка пришла. В военкомате мне сказали:
- Поедешь в военное училище, в Термез. Через 2 дня быть на вокзале.

Мама меня на вокзал проводила, плакала, ясное дело. Попрощались.

На вокзале из таких же пацанов как я, целую группу собрали, из тех что в Термез отправляют. Почти всем по 17. Сказали:
- Жди тут. Скоро подадут ваш эшелон. Никуда не расходиться.

В тот день отправки не было. Не было её ни завтра, ни послезавтра, ни на третий день, и ни на четвёртый. Все припасы, что с собой взяли, схарчили. Стало голодно. Конечно, нас кормили, ведь мы уже, можно сказать, в армии, но пустой суп, немного каши, и хлеб, для подростков мало.

А на вокзале своя жизнь шумит. Люди прибывают, уезжают, торгуют, меняют, кричат, плачут, теряют, находят. Целый водоворот судеб и жизней проносится перед глазами. А мы всё сидим, ждём и ждём, пока нас позовут. Мало того что скучно, до одури, так ещё и не поспать нормально, да и не ополоснуться даже.

Надоело, сколько можно. Пошли к коменданту:
- Что происходит? Когда нас отправят?
- А я откуда знаю? Пошли вон. Сказано ждать, так ждите. Придёт состав, вас позовут.
- Нас в армию призвали. Мы воевать хотим, а не прохлаждаться.
- Кыш отсюдова. И без вас голова кругом. Попадёте на фронт, это дни и часы на вокзале вам раем покажутся.

На пятый день мочи уже не было. Голодно, в баню бы сходить, да поспать нормально. Те, что как и я, из Самарканда призывались, порешили быстренько по домам сбегать. Мама так удивилась, ну и обрадовалась, конечно. В порядок себя привёл, помылся, поел домашнего и бегом на вокзал. И снова ждём.

Самый смелый из нас решил дома переночевать, авось пронесёт. Повезло, состав наш так и не подали. На следующий день уже все кто мог, по домам сбегали, притащили какой-то снеди тем, кто из нашего призыва, но не местный. Много и у самих не было, но хоть какая то добавка. А вечером я и другие пошли спать по домам. Так ещё 4 дня пролетело. Вот это служба так служба, но всё кончилось на 10-й день.

Утром пришёл на вокзал, а нашей группы нету. Собралось нас человек 6-7 и к коменданту, где остальные? Тот сразу орать начал:
- Где вы шлялись, сволочи? Ночью подали состав, ваша группа отбыла в Термез. А вы дезертиры и по вам трибунал плачет.
Напугались мы жутко. Ведь, как ни крути, он прав. Время военное, суровое.
- Что же нам делать? Как в Термез добираться?
- А я откуда знаю? Я что вам, персональный поезд рожу? Своим ходом добирайтесь. По хорошему, я вообще сейчас же задержать вас должен.

Тут мы совсем приуныли. От Самарканда до Термеза 300 километров с гаком. Денег у нас, конечно же, нет. Всё что было, давным-давно на вокзале потратили. И паспортов у нас тоже нет, мы же их в военкомате сдали.
Но тут комендант сжалился:
- Ладно, помогу вам. Вон состав с мазутом уходит. Он, правда, не в Термез идёт, а в Карши. Но и оттуда можно найти состав до Термеза.

Куда деваться, состав вот-вот тронется. Побежали. Там на цистернах такие лесенки есть, на них залезли и держимся. Страшновато, конечно, если сорвёшься, то костей не соберёшь. Но если ухватился крепко, то вполне ехать можно. Хотя ветер дует и холодно, но других вариантов нет. Так до станции и добрались.

По вокзалу побегали, пораспрашивали. Оказалось ещё один состав уходит через пару часов, на Термез. Повезло, там платформы были. Договорились с машинистом, он в нашу ситуацию вник, пустил. В итоге попали мы в Термез лишь немногим позже чем остальные, нас даже никто и не хватился.

Учебка располагалась в старых казармах и конюшнях, ещё времен покорения Туркестана. Интересно, сохранились ли они до сих пор?

Про училище и рассказывать даже нечего. Гоняли нас без отдыху и сроку. Лёгкой жизни я не ожидал, но жарко там очень. Местным нормально, а мне было очень тяжело. Хотя, все одно лучше чем в блокадном Ленинграде. Эти полгода блокады, как шрам, на всю жизнь, остались. Даже когда совсем плохо бывало, вспоминал декабрь 1941-го и 125 грамм хлеба в день и холод, и сразу, в сравнении оно вроде и ничего, жить можно.

В учебке готовили младший комсостав для пулемётных взводов. Рассчитана она была на полгода, да только носить мне лейтенантские погоны так и не довелось. В середине мая 43-го, когда оставалось учиться с месяца полтора, курсы резко сократили. Нужны были люди для Курской битвы, так всех кого могли, выдернули из учебок и послали на фронт. В учебке оставили лишь один батальон. Таким образом, я рядовым на фронт и поехал.

Ну на фронт, это громко сказано. Сначала в резерв Степного военного округа (потом он стал Степным фронтом), на формирование маршевых рот. Там заново бегать и стрелять учились. С пару месяцев там пробыл, а потом нас в 62-ую дивизию направили. В голове всё мысли патриотические были, в бой пойдём, за нашу Советскую Родину, немцев бить, но и это далеко не сразу сбылось. Мне кажется, нас просто не знали куда бросить.

Только в августе мы попали под Харьков. По пути нас высаживали несколько раз, то марши, то стрельбы, то ещё какие-то учения. Но и в Харькове повоевать не пришлось. Мы туда зашли через пару дней после того как его наши взяли. Город полу сгоревший и трупов много. Впрочем, там мы недолго простояли, нас направили маршем к Днепру.

Про фронт каждый своё вспоминает. Мне вот помнится лишь постоянный, бесконечный поход. Ночью идём, днём где-нибудь в лесочке отсиживаемся, дабы немецкая авиация нас не засекла. Так целый месяц шли и шли, всё пешком. Вроде 300 километров недалеко, но каждый день идти, с оружием и вещами, выматывает очень сильно. И снова никаких боёв, сражений или подвигов. Немцы так быстро отступали, нам их и повидать не удалось. Вроде как в догонялки играем.

В самом конце сентября подошли к Днепру, недалеко от Кременчуга. Сейчас о форсировании Днепра многие пишут, даже фильмы снимают. Говорят крупнейшая и удачнейшая операция. Не знаю, не знаю. Я лишь могу говорить про то, что я в свои 17 лет увидел.

Мы на берегу стоим, народу уйма. На реке огромные понтоны, это как плот. Размера такого что на них взвод уместиться может. Плюс на них иногда даже пушку ставят. И гребём на тот берег. А прикрытия у нас нет вообще никакого. Ни авиации, ни артиллерии, вообще ничего. И укрыться совсем негде.

Мы у немцев как на ладони. Убитых масса, и на воде и на берегу. Крики, мат, слёзы, командиры орут. Что делать, куда прятаться, кого слушать. Если и есть ад, то это точно он. Нас просто, как куропаток расстреливали. Каким чудом мы переправились, сам не знаю.

Впрочем, счастья от такой переправы совсем немного. Да и пробыл я там всего-ничего. Мы под обстрелом пару сот метров лишь вперед продвинулись.
Тут снаряд разорвался, мне осколок в плечо прилетел, погон пробил. Крови много, и больно ужасно. Товарищ, Слава, мы с ним вместе в Термезовской учебке были, кое как перевязал и орёт:
- Ползи назад. Ищи санитарную роту. Винтовку не забудь, а то подумают, что дезертир.

Ползти, я не пополз. Да и не смог бы я, но потащился назад. Еле-еле добрёл, хоть до санитаров совсем недалеко было. Рука онемела, а тут ещё эту тяжесть - винтовку тяни.

Санитары меня приняли, оружие забрали, взамен выдали медицинскую карточку передового района. Я уже чуть ли не в беспамятстве был. Меня на понтон с другими раненными уложили и обратно через Днепр. И повезло, немецкий снаряд миловал, доплыли.

С берега чуток оттащили, разложили нас земле. Лежите, отдыхайте, санитары заберут. А дальше полевой госпиталь, потом фронтовой, потом тыловой. Ранение тяжёлое оказалось, почти 4 месяца в госпитале пробыл.

На этом, можно сказать, моя война закончилась. Из госпитали выписали и направили в другую учебку, в Магнитогорск. Там готовили авиамехаников для Пе-2. Самолёты машины непростые, учили нас серьёзно. Почти год я там пробыл.

В начале 1945-го направили в Беларусию, а авиаполк. Правда, в нашем полку Пешек не было, а были Ил-2. Не знаю, почему так меня распределили. Там я уже до Победы дослуживал. И после неё ещё почти год пришлось послужить.

Так что, за всю Войну я немца живого так и не увидал, и даже стрельнуть во врага ни разу не довелось. За Войну я две медали получил, За Боевые Заслуги и За Победу над Германией, её правда всем кто служил давали. Вот и весь мой боевой путь, если можно так сказать.

Кстати, вот что. Прошло почти лет 40 после Победы, и занесло меня в городок, Кобеляки. Ты, наверное, и не слышал о таком, а когда то он был знаменит. Там много лет работал знаменитый костоправ, по фамилии Касьян. К нему со всей страны люди ехали со своими болячками. Даже гостиничку в городке построили специально для приезжих.

И вот сижу я утром за завтраком, газетку читаю. По сторонам даже и не гляжу, да и что там смотреть. Вдруг рядом слышу голос, такой спокойный будто знакомый говорит с которым лишь вчера расстались.
- Ну, привет, дружище.
Голову поднял. Слава, тот самый, который меня перевязал. Мы из Самарканда вместе призывались, и в Термезской учебке койки рядом стояли. Ныне он снабженцем в Одессе работает, на местный завод зачем-то приехал. Обнялись, разговорились.

Он то и рассказал, что ранение скорее всего меня и спасло. Полк с горем пополам всё таки переправилися и попал в самое пекло. Может ты слышал, был такой учёный генетик, Иосиф Раппопорт. Почитай, о нём много информации есть, биография просто потрясающая. Так вот, он в нашей же дивизии служил, только в соседнем полку. Самый наихрабрейший офицер во всей Советской армии, его аж три раза на Героя представляли. Один раз за вот эту проклятую переправу.

Но Золотую Звезду он так и не получил, ибо комдив наш и штабные, сначала переправились, а потом бросили дивизию и бежали. Получила наша дивизия под первое число, разделали её под орех. Так Раппопорт командование принял, а после, перед всеми, за то бегство комдиву морду бил. Может слухи, но я верю.

Слава поведал, что через неделю после моего ранения от взвода нашего остались лишь ножки да рожки. Попали в окружение и кто не погиб, тот к немцам в плен угодил. Славик тоже попал, у немцев в лагере был, но повезло, сумел бежать. Впрочем, это совсем другая история.

Вот собственно и всё. Такой рассказ на 9-ое Мая я услышал. "Обыкновенная" биография, "обыкновенного" солдата...

skarp:
Про днепровскую операцию - второй том романа "Прокляты и убиты" Виктора Астафьева, который там воевал тем самым простым солдатом.
Очень его поносили "настоящие фронтовики", сидевшие в войну по штатам и особым отделам, за его окопную правду.


горловский_я:
Стандартная правдивая история ветерана. Которых больше чем 99%.

В своей жизни прочитал десятки и сотни воспоминаний ветеранов.
95% из них очень похожи: в первый-второй день на фронте получил ранение. А дальше у каждого была своя причина выжить - кого комиссовали, кого перевели в связисты-артиллеристы-механики. Кого - на завод. Одному лейтенанту-сталинградцу разом добавили две звездочки и поставили комбатом (у комбата уже своя личная землянка и ППЖ, он уже в атаку не ходит).

Многие просто успевали получить несколько ранений, но не погибнуть.

Например, один минометчик (50-мм ротные миномёты) провоевал почти всю войну. В гвардейских штурмовых подразделениях. Четыре тяжелых ранения. Все четыре раза на первый-второй день на фронте. Суммарно - четыре года госпиталей, четыре наступления, шесть дней окопов. Очень повезло – большинство, больше одного раза туда не попадало.

Еще один солдат писал, что получил 3 или 4 (точно уже не помню) ранения за войну ни разу не доехав до фронта в составе подкрепления - каждый раз как ни авианалет на поезд, так артобстрел. Тоже 4 года госпиталей.

У каждого мастерского воина тоже была причина стать асом.
Например, почти все танкисты вспоминают, как обучались в учебке по плакатах. Танков не видя. На танковом полигоне учились "Пешем-по конному". Перед отправкой получив на заводе танки, мехводам давали проехать метров 30 до жд платформы, наводчикам выстрелить по три снаряда и 1 диск патронов. Все!

А мемуары-воспоминания оставили только те танкисты кому, потом повезло:

- или попал на затишье между наступлениями и уже в полку или бригаде выжившие в прошлом наступлении офицеры 1-2-3 месяца учили молодняк без всяких плакатов. Зато со знаниями про недостатки танков, которые цензура в учебник не разрешит напечатать.

- или не доехав до исходного рубежа несколько метров "стуканул" движок своего капризного КВ. Очень живописно описывал как ровное как стол заснеженное поле перед маленькой подмосковной деревней покрыто парадоксально ровными цепями трупов гвардейского стрелкового подразделения, которое здесь атаковало вчера и погибли. И наблюдал как весть остальной "Отде́льный гварде́йский тяжёлый та́нковый полк проры́ва" сгорел за пол часа атаки и все кто атаковал погибли. Представители ремзавода забирая его сломаный танк на ремонт выпросили у комполка одного мехвода - на ремзаводе не осталось ни кого кто б умел водить КВ хоть из цеха на платформу. Командиру было не жаль отдать последнего живого мехвода полка - он опозорился угробив танк.
Года два поработав на заводе, научившись водить КВ, как ни кто другой на фронте, получив еще звездочек, попал на фронт. Где проявил себя вполне хорошим танковым офицером и написал красивые мемуары.
(По штату, механик-водитель тяжелого танка был офицером с штатной категорией техник-лейтенант).

- или после ранения стал механиком и больше в атаки не ходил (см. выше). Но всю войну наблюдал танки и танкистов вблизи. Например, Лоза Дмитрий Федорович описал всю войну очень красочно. Аж по бои против японцев включительно. Будучи офицером “технического обеспечения”.

Те, кому не повезло научиться воевать до боя — воспоминаний практически не оставили. Их судьба на поле боя была такой же короткой как судьба новичка, который выехал в свой первый в жизни бой в “World Of Tanks ”.

Потери подразделений в среднем составляли 10% в сутки. Впервые мое внимание на это обратил лейтенант-сталинградец, который после ранения получил капитана-комбата. И я начал обращать внимание. Читать “журналы боевых действий” с калькулятором. Конечно, связисты-артилеристы-механики потерь сравнительно не несли. Да и просто часть войск всегда в резерве или на отдыхе немного позади первой линии. Но на передовой шла постоянная мясорубка. Один военный хирург вспоминал, что не оперировал ни одного солдата, который бы прожил в окопах больше 4-х дней. Сюда же и книга под названием “Танкист живет три боя”. И поверие летчиков истребителей — кто пережил свой первый воздушный бой, тот талантлив от рождения. Ибо в учебках их учили отвратительно. И офицеров, которые их потом посылали в атаку, — тоже учили отвратительно. При том тактике, которую забраковали еще в начале первой мировой.

Потому пилотам ИЛ-2 давали “звезду героя СССР” просто за 20 боевых вылетов. Не за сбитых, а просто за то что 20 раз вернулся живой, иногда даже и просто пешком с парашютом. И ни кто из 36 000 пилотов ИЛ-2 не сделал это 60 раз...


adder38:
«Сейчас о форсировании Днепра многие пишут, даже фильмы снимают. Говорят крупнейшая и удачнейшая операция».
Уже давно не пишут, что удачнейшая. В боях за Букринский плацдарм погибло 20 тысяч — и безрезультатно.


Ost adder38:
"Удачнее" только Крымские десанты и бессмысленный штурм Берлина к празднику. Десятки и сотни тысяч бессмысленно загубленных жизней.

Отсюда

Tags: ВОВ 1941-1945, армия, вторая мировая война, жизнь, истории, история, комментарии, рассказ, суровая правда жизни, чтиво
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments